Сайт Клана >WesT<

Сид послушно сел, куда ему указали и, перебарывая головокружение и темно-красные пятна в глазах, стал ждать результатов осмотра. Но лекарь встал так, что ничего, кроме его широкой спины не было видно. Через пару мгновений Сиду показалось, что он видит не только спину, но и кристально чистое голубое сияние, окутывающее старика.
«Вот уж никогда бы не сказал, что он еще и жрец…но это хорошо» - проваливаясь в черную пустоту, подумал Сид.

- Благородный Сид, вас ожидает упакованная лисица на прилавке, получите – распишитесь! – голосом глашатого произнес Лекарь!
- А?
- Вставай, заштопанный! Тебя я восстановил!
- А зверь?
- Ну, с лисой сложнее, еще бы десять минут и сидели бы мы с тобой сейчас в таверне за чем-нибудь крепким. А так…недели на три у тебя сухой пост. Отходить от нее не желательно. Будешь давать вот эти капли и читать вот это заклинание, - сказал Лекарь, протягивая старый манускрипт и бутылку красного стекла.
- Грац, - начал было Сид, но старик его перебил.
- Не благодари, ты еще не знаешь во сколько тебе это обошлось…лекарства очень дорогие, манускрипт вообще бесценный, но я так понял, что тебе и так было не жить без животинки, а спрашивать тебя в отключке было бесполезно, так что, считай – открыл тебе кредитную линию «кабала анлимитед» - засмеялся Лекарь.
- Угу, я понял, - со счастливой улыбкой ответил Сид.

Он уже увидел, как равномерно вздымаются бока лисицы и никакой долг не мог омрачить его радости. Бережно взяв на руки перебинтованное животное, он осторожно пошел домой.

Я рождена, чтоб сказку сделать былью, а тех, кто помешает - пылью.

- Ой, прости, я думал это Лек….прости, я мигом, - спешно натягивая штаны сказал он.
- Это ты прости, я не знала, что ты спишь.
- Ну да, ну да… сейчас и не положено спать, просто вчера засиделся в таверне с другом.. а собственно ты зачем пришла?
- Меня просили тебе передать это, - и Зока протянула темную шкатулку из дерева средних размеров.
- от кого? – поинтересовался Сид.
- Мне не сказали, просто дали задание передать. Всего доброго!
- Грац! – ответил юноша внимательнее вглядываясь в синие глаза посыльной, - а позвольте узнать твое…
Но не успел договорить, девушка вспрыгнула на ската-летягу и унеслась прочь.
- Ну ладно, - растерянно пробормотал он.

В шкатулке лежали деньги, покрывающие весь долг Лекарю и маленький плетеный амулет с ярко рыжими ворсинками.

Я рождена, чтоб сказку сделать былью, а тех, кто помешает - пылью.

Зока, как любой из рожденных в городе Оборотней, не любила таких пристальных взглядов, но глаз не отвела. У людей принято так смотреть, тем самым они налаживают контакт, видят, искренен ли собеседник или нет. Зока хорошо усвоила: хочешь получить выгодное задание – стань одной расы с заказчиком, хотя бы скопируй его повадки. Глаза, для людей это главный источник информации, они считают, что могут понять все – только посмотрев, и даже не догадываются, что зрение это далеко не все и оно часто обманывает.

- Я берусь за твое задание, Чуй Си! – твердо ответила Зока, строго соблюдая официальную формулировку приема заказа, - по ходу поисков я буду присылать тебе отчеты. Раз в неделю, устроит?
Чуй Си растерянно кивнула головой, она ожидала большего сопереживания, ведь перед ней стояла девушка, но на протяжении всего рассказа о ее возлюбленном Фенг Лане, Зока лишь уточняла географические координаты, имена людей с которыми он общался, воинское подразделение, в котором служил и даты отбытия и возвращения боевых товарищей. В глазах девушки-оборотня не было ни сочувствия, ни жалости, казалось, что по ее глазам вообще ничего нельзя понять и это ставило в тупик общительную Чуй Си. И все же она ей поверила, почувствовала, что Зока сможет отыскать его.
- Чуй Си, если ты больше ничего не хочешь рассказать, то позволь я немедленно отправлюсь на поиски!
- Конечно! Я все что могла – рассказала! Удачи тебе, я жду известий!

«Странные эти Люди, отчего они так привязываются друг к другу? Почему, однажды, потеряв возлюбленного не могут найти покоя?» - размышляла Зока, выбегая из города Драконов в сторону Гор сломанного лука, - «Что это за чувство такое – Любовь? Почему они считают его прекрасным, если оно заставляет их страдать? Я не допущу, что бы и со мной такое случилось…надеюсь, что Любовь это не заразно и на друидов не распространяется. Ладно, надо быстрее добраться до места последнего сражения и поискать что-нибудь, что поможет отыскать этого Фенг Лана…или Ланг Фена…ааа…без разницы, эти Люди все на одно лицо».

Больше двух суток Зока исследовала склоны гор, пока не наткнулась на лагерь бездушных. Это была тайная временная стоянка врагов и больше дюжины воинов тут не собиралось. Сейчас только шестеро бездушных волков-оборотней с луками скитались по базе, ожидая подкрепления, чтобы потом вместе двинуться дальше к основной армии. «Думай Зока, если сейчас вечер и их всего шесть, значит остальных следует ожидать к ночи, но этого делать не стоит…всех мне, даже с зайкой, не перебить. Так-так, трое пошли к реке…один перетягивает лук, двое стоят рядом, а что у них в лапах? Книга?» - изумлению девушки не было предела, – «Бездушные умеют читать? Да быть того не может…». Но удивление быстро прошло, когда один из волков огромной лапой вырвал лист и запихнул его в пасть. «Пора!»,- решила Зока, - «Это не книга бездушных, это их трофей! Надо торопиться, а то все сожрут!».
- Ну, Зайка, работать! – и Зока призвала своего питомца Лунного зайца, прирожденного убийцу с абсолютно мирной пушистой внешностью. Порой, этот заяц напоминал Зоке ее саму, и дело тут было не только в заячих ушах, которые отличали ее от человека и приближали к питомцу, но в большей степени желание выжить, во что бы то ни стало.
Зока зашептала заклятия, направляя посох на пару волков, заяц рванул с невероятной скоростью в ту же сторону. Через пару минут все было закончено, трупы бездушных неспешно растворялись в воздухе. «От троих избавились» - подумала друидка, -«интересно, что за духовная пища привлекла бездушных? Дай-ка посмотрим». И она подняла, как ей показалось сначала, книгу. Это был всего навсего дневник солдата, правда в дорогом кожаном переплете, и тесненным золотом именем владельца.

Я рождена, чтоб сказку сделать былью, а тех, кто помешает - пылью.

Она еще раз перечитала имя на обложке и быстро спрятала дневник в сумку.

- А теперь бежим отсюда, пока нас остальные не заметили!, - и девушка с зайцем скрылись в сумеречном негустом лесу.

Ночью, уже далеко от лагеря бездушных, Зока сидела у небольшого костра и перелистывала трофейный дневник. Ей необходимо было убедиться, что это записи именно того человека, которого она ищет. Все указывало на то, что это именно он. Почти на каждой странице упоминалась Чуй Си и слова любви в ее адрес, отчего Зоке становилось неловко. Солдат описывал свою обычную рядовую жизнь на войне, о том, как подружился со славными оборотнями и попал в неприятную историю с Сидом-офицером. И о том, что странно вот так легко общаться и сражаться плечом к плечу с теми, кто совсем недавно был тебе врагом. О том, что общая беда, нашествие бездушных, сделала мир сильнее, объединив три расы. И многое-многое другое. В последней записи Фенг Лан указывал на то, что их отряду стало известно о готовящемся нападении на город Оборотней и они положат все силы, лишь бы успеть предупредить об этом Старейшину.
- А это значит, - сказала Зока, наматывая на палец локон, - что он направился в мой город, что ж…повидаюсь со стариком.

Она пролистала пустые страницы и вдруг, ее внимание привлек сам переплет. Он был выполнен, как обложка и в нее было вложено два листка, сильно пожелтевших от времени. На одном было письмо, написанное не подчерком Фенг Лана, а со второго на нее смотрела маленькая девочка-друид. Зока похолодела, все мышцы свело, а к горлу подкатил ком.
- не…не может быть, от…откуда? – удивленно прошептала друид.
Переведя дыхание и стараясь унять, бешено стучащее, сердце она впилась глазами в письмо:

«Дорогой мой сын!
Я говорил тебе, что дороги никогда не заканчиваются, заканчивается лишь время, отведенное путешественнику, вот и мое время подошло к концу. Но я не сожалею, это был чудесный путь, достойный любого мужчины! Так случилось, что, проходя по Ужасным топям, я подхватил недуг, который и определил мое время.
Все, что было со мной - я почитаю, как благодать! Все я делал по совести и велению сердца своего! Я невероятно горд, что у меня есть такой сын, как ты! И твоя мама тоже бы очень гордилась!
Будь сильным и справедливым, Фенг Лан! Живи своим сердцем и разумом!
Посылаю тебе надежный походный плащ и свое благословение!
Настанет еще то время, когда все будут жить в мире и любви, верь сын мой.

Передай своей тете тысячу благодарностей и скажи, что всеми моими сбережениями она может воспользоваться через банкира.
Прощай, сынок и прости!
Твой отец.»

Я рождена, чтоб сказку сделать былью, а тех, кто помешает - пылью.

Зока нервно ходила вперед-назад, держа в каждой руке по листу. «Спокойно, сидеть на месте бессмысленно, сегодня я уже не усну. Значит, решено – срочно в город Оборотней к Старейшине! Откуда у Людей этот рисунок? Почему на нем Я? Что за бред…ни один живой Человек или Сид или вообще любая живая и неживая тварь не могут видеть наш молодняк. За этим строго следят».
Друид привычно призвала ската-летягу и умчалась прочь от остывающего костра.

После нескольких дней утомительного полета Зока, вся в пыли и с темными кругами под глазами вошла в ворота родного города. Идти в таком виде к Старейшине не стоило, и девушка завернула в таверну, отмыть дорожную пыль и немного поспать.
Поздно вечером она постучала в дом Старейшины. Увидев Зоку на пороге он удивился, но впустил к себе.

- Что произошло, дитя?
- Прошу простить меня за позднее вторжение в твое жилище, старец.
- Оставь официальные речи для дневного времени, говори, что случилось. По своей воле ты бы не пришла ко мне.
- Я взялась за поиски одного человека.
-Так. Хоть мне и неприятно слышать, но продолжай. Сейчас у нас перемирие и свою неприязнь всем приходится держать в себе, ради общего блага.
- На последнем месте его сражения я нашла вот это, - Зока протянула Старейшине дневник Фенг Лана, - там говорится, что он с отрядом собирался предупредить тебя о нападении бездушных. Ты что-нибудь знаешь об этом?
- Да, несколько месяцев назад наши постовые обнаружили израненного человека недалеко от города, он только и говорил о нападении. Вот, оказывается, как его зовут - Фенг Лан. Он потерял память от полученных ранений, его выхаживает старая вдова, ты знаешь, где ее найти. Это все?
- Нет!
Старик приподнял бровь.
- Что еще?
- В дневнике было вот это письмо, скорей всего от его отца. Что скажешь?
Старик бережно взял в руки листок и стал вчитываться. На короткое мгновение его лицо исказилось, но он быстро совладал с собой и ответил:
- Письмо как письмо, только очень старое.
Зока, от которой не скрылось волнение Старейшины, твердо чеканя каждое слово спросила:
- Почему ты врешь? Ты что-то знаешь!
- Ты как со мной разговариваешь, дитя, опомнись! – гневно прошипел он.
Зока молча протянула рисунок. Старейшина побагровел и схватив девушку за руку быстро повел в глубь дома, в свой кабинет. Там он налил себе воды, залпом выпил весь бокал, снова налил. Сел в кресло и уронил лицо в ладони.
- Я знал, что это всего лишь вопрос времени… – каким то бесцветным голосом начал рассказывать он. Сейчас, в этой слабоосвещенной комнате стало особенно заметно, насколько стар этот мужчина. Каждая морщинка на его благородном лице имела свою историю, аккуратно заплетенные густые волосы поражали своей белизной, всегда прямой и статный сейчас же старейшина словно согнулся под тяжестью прожитых лет, - Как я устал хранить это в себе…
- О чем ты?
- Слушай и не перебивай! У каждого времени свои законы…

« У каждого времени свои законы. Это было время войны всех против всех. Безопасность рода превыше всего! И каждый знал это!

Я рождена, чтоб сказку сделать былью, а тех, кто помешает - пылью.

- о прощении проклятого ребенка, - тихонько прошептала девушка, - вот значит как. Значит, я должна была умереть?
- Да, это его заслуга, что ты осталась жива. Человек дважды спас тебе жизнь.
- Это – Жизнь?, - истерично засмеялась Зока, разводя руками, - От меня отвернулись все, весь город! Даже ты учил меня, когда все засыпали и не видели, что ты приходишь. Мне бросали еду, как дворовой собаке! Но даже дворовых собак гладят, а ко мне никто не прикоснулся за всю жизнь! Я жила вместе со скотом!
- Успокойся, дитя!
- Мне было чуть больше четырех лет! Я даже не помнила этого случая с рекой!
- Тебе стерли память о Человеке.
- …

Я рождена, чтоб сказку сделать былью, а тех, кто помешает - пылью.

Через несколько дней к Фенг Лану вернулась память и он отправился к своей Чуй Си. Зока получила вознаграждение и вернула сыну своего Спасителя его дневник. Все, кроме письма отца, оставшегося у Старейшины и рисунка с ее портретом, который она оставила себе. С небольшого листочка на нее смотрела спасенная счастливая девочка, еще ничего не знавшая о своей судьбе. Встреча со своим прошлым заставила о многом задуматься.
- Пора и мне простить проклятого ребенка в себе, - сказала Зока, отправляясь на новое задание и легкая улыбка коснулась ее губ.

Я рождена, чтоб сказку сделать былью, а тех, кто помешает - пылью.